Грантер тяжело вздохнул и выглянул в окно. На пороге его дома, затерянного в глубине дремучего канадского леса, стояли трое парней с дробовиками. Двух из них Грантер знал в лицо, а третьего ещё и по имени. Его звали Курфейрак, и он был, кажется, главной знаменитостью в этом крошечном городке на краю света, рядом с которым поселился Грантер, когда решил сбежать подальше от цивилизации. Курфейрак вместе с друзьями делал репортажи из своего городка, рассказывая о том, как по лесу бродят йети, в чьё-то доме поселилась загадочная бесхозная тень, которая ворует сахар по ночам, а в одном из домов на отшибе живёт колдун, который наводит порчу на мальчишку, разносящего газеты, если тот опаздывает. Естественно, всё это было чистой воды выдумкой, плодом фантазии самого Курфейрака и его друзей, но получилось забавно.
Теперь дети, кажется, нашли себе настоящего монстра, злобного йети, который похитил их друга. Или злобного колдуна — разница небольшая.
Грантер перевёл взгляд на Анжольраса, лежащего на диване в одном белье. Грантер узнал его имя — скорее, фамилию или прозвище — по надписанному блокноту, который вывалился из сумки, когда Грантер тащил бессознательное тело в дом.
— Ну, постучись в дверь! Или ты боишься ужасного колдуна, Жан?
— Ничего я не боюсь!
Тут же раздался стук. Выждав на всякий случай полминуты, Грантер накинул куртку и вышел на порог.
Кажется, он не зря побрился и привёл себя в порядок полчаса назад, а то бы его точно приняли за злого колдуна и пристрелили прямо на пороге, только увидев (а Грантер, к сожалению, не мог останавливать пули на лету). Он и так, без бороды и малохудожественного беспорядка на голове, выглядел очень мрачно в своей чёрной парке до колена, в чёрных джинсах и с длинными чёрными волосами. Эдакий посланник смерти, которому пришлось сменить балахон на тёплую одежду из-за холода.
— Здравствуйте, — наконец сказал тот, кто к нему постучался, а двое других опустили дробовики.
— Вы всегда ходите в гости с оружием и наставляете его на хозяина дома? — спросил Грантер.
— Извините, просто мы подумали...
— Заходите. Сейчас расскажете, что вы обо мне подумали.
Грантер посторонился, пропуская их в дом. На улице было холодно, голые руки уже начали замерзать, и он побыстрее захлопнул дверь. В доме горел камин — обычного обогревателя не хватало, Грантер не привык в Париже ходить по дому в свитере и не хотел привыкать тут.
— Проходите в гостиную. Сейчас заварю чай, — надо бы побыть хорошим хозяином. — И я, кажется, знаю, кого вы искали. Он спит в гостиной.
Побросав куртки и сапоги в коридоре, компания ринулась к Анжольрасу, а Грантер ушёл на кухню. Там он неторопливо заварил чай с травами, прислушиваясь к тому, что творится в гостиной. Сначала до Грантера доносились радостные вопли, потом разговор на повышенных тонах: «Зачем ты вообще попёрся в лес один!» — «Ты не моя маменька, Курфейрак».
Для Анжольраса Грантер сделал глинтвейн: ему не помешает согреться хорошенько.
Когда Грантер вернулся в гостиную, все четверо уже сидели на диване. Анжольрас прикрылся одеялом, не найдя, видимо, своих вещей: Грантер повесил их сушиться на втором этаже.
— Держите, — он поставил поднос на журнальный столик, грубо сколоченный из досок. — Это тебе, — Грантер подвинул к Анжольрасу бокал с глинтвейном, а остальные разобрали разномастные кружки с чаем.
— Вы меня спасли? — спросил Анжольрас. — Я ничего не помню.
— Вроде того. Ты валялся без сознания в лесу.
— Спасибо, — Анжольрас улыбнулся. У него была чудесная улыбка, и всё остальное тоже чудесное.
Часа три назад Грантер вышел из своего дома прогуляться и случайно наткнулся на лежащего в в снегу юношу, одетого, как большинство местных, в пуховик, тёплые штаны и вязаную шапку. Грантер утащил его домой и там неожиданно обнаружил, что под зимней одеждой скрывается ангел — как будто ангел может замёрзнуть. Интересно, почему Курфейрак ничего не рассказывал о нём в своих репортажах? Потому что предпочитал только воображаемых загадочных существ?
— Я повесил твою одежду сушиться, она вся мокрая. Принести что-нибудь переодеться?
— Да, это будет очень мило с вашей стороны.
Анжольрас откинул со лба волосы, одеяло сползло с него, обнажая тело. Грантер раздел его до трусов, потому что только трусы оставались относительно сухими.
— Можно на ты! — крикнул Грантер ему из коридора.
В спальне он достал из шкафа чёрную футболку и джинсы — такими был забит весь его шкаф. Эти избежали пятен краски, что с одеждой Грантера случалось достаточно редко: он никогда не мог похвастаться аккуратностью.
Сунув свёрток одежды подмышку, Грантер спустился вниз.
— Ты точно не злой колдун? — спросил его тот, кого назвали Жаном, когда Грантер протянул Анжольрасу одежду и отправил переодеваться.
— К сожалению, нет. Даже огонь в камине не могу развести заклинанием, приходится следить за тем, чтобы всегда были спички под рукой. Кстати, меня зовут Грантер.
— Жан Прувер, — представился ему собеседник. — Это Курфейрак и Комбефер.
В реальности они оказались точно такими же, как на видеороликах.
— Ты тут живёшь? — спросил его Курфейрак с подозрением, словно не верил, что кто-то может на самом деле жить в этой глуши.
Грантер кивнул.
— Но как?! Тебя воспитали медведи? Или йети?
— Именно, йети, — с серьёзным видом ответил ему Грантер. — И рисовать заодно научили. И одеваться. И пользоваться компьютером.
— Не хочешь дать мне интервью про своё семейство?
Грантер, не выдержав, рассмеялся. Кажется, ещё немного, и Курфейрак действительно сочинит репортаж про человека, воспитанного йети.
— Нет. Я из Парижа, тут просто снял домик, чтобы пожить немного. Любуюсь суровыми канадскими пейзажами, ищу себя, вдохновляюсь, отдыхаю от городской суеты и всё такое.
Под конец своей реплики Грантер понял, что на него смотрят как на умалишённого, и если Комбефер и Жан Прувер ещё как-то пытались скрыть недоумение, то Курфейрак уставился на Грантера так, будто тот признался, что лично знаком со всей той нечистью, которую богатое воображение Курфейрака и его друзей поселило в этом лесу.
— Что?
— Ты уехал из Парижа, чтобы вдохновиться этим унылым пейзажем? — тихо спросил его Прувер.
— Именно. Даже Париж может надоесть, если прожить в нём пять лет. И Тулуза — оттуда я уехал только в восемнадцать — тоже. А тут здорово, даже без всех этих загадочных событий из ваших репортажей.
— Ты их смотришь?!
Грантер кивнул.
Анжольрас обошёл его и снова уселся на диван. Одежда ему была слегка великовата, но не настолько, чтобы сваливаться. В чёрном Анжольрас походил на очень грозного ангела, который отправляет души грешников в Ад.
Комбефер тут же сунул ему в руки бокал.
— Выпей, пока не остыло. Ты заболеваешь.
И правда, щёки Анжольраса сильно покраснели. Он молча хлебнул из бокала и поморщился, будто там был не превосходный глинтвейн, а горькое лекарство.
— Я могу поизображать в вашей передаче злого волшебника, — неожиданно для себя предложил Грантер. — Или вампира.
— Вампиры тут не могут жить, — серьёзно ответил Комбефер.
— Почему?
— Они мертвы, а значит температура их тела равняется температуре окружающей среды. Они будут впадать в спячку или кому на большую часть года.
— Логично.
— Значит, ты будешь злым волшебником! — заявил Курфейрак. — Добро пожаловать в клуб!